Наверх

Шестун. Суд. День шестьдесят седьмой. 12.11.2020

Следователи СК России на допросе в Подольском суде потеряли память.

Сегодня в Подольск вызваны часть следователей, ведших дело экс-главы Серпуховского района.

Накануне судья Татьяна Юферова вызвала в суд следователей СК России, которые вели уголовное дело экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна.

Перед началом заседания адвокат Олег Белов попросил полчаса для консультации с подзащитным. Предоставлено традиционно 15 минут.

 ***

В 11.30 слушание возобновляется. В зал вызывают старшего следователя Пряхина Вадима Викторовича.

Судья предупредила его об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Прокуроры Сухова и Третьяков задают следователю вопросы относительно процедуры составления протоколов, свидетелей, которых он допрашивал, жалоб на него. 

Неуверенным голосом следователь отрицает нарушения по поводу фиксации времени допросов, непротокольных разговоров со свидетелем Русиной до начала и в ходе допроса. Следователь не особо помнит какие обыски проводились, не помнит имена некоторых свидетелей. Не в курсе того, фиксируется ли в СК вход и выход в охраняемое здание, оснащенное пунктом выдачи пропусков. Касаемо вскрытия документов не смог четко объяснить, почему при вскрытии коробок и пакетов с бумагами велась не видеофиксация, а фотофиксация (фотографировали лишь пакеты перед вскрытием, сами документы и уже вскрытый пакет). 

В деле подавляющее количество документов в копиях, так как дело выделено из основного, но, закон  позволяет копировать процессуальные документы, в деле Шестуна скопированы документы, признанные вещественными, они не процессуальные, то есть существуют вне уголовного процесса. Если бы следователь  сказал, что это фототаблица, то есть созданное в процессе, то наличие в деле копий доказательств вроде как более законно, но следователь сказал, что нет, это не фототаблица,  а именно вещественные доказательства, чем подтвердил обоснованность ходатайства защиты о признании копий недопустимым доказательством. 

На вопрос о том, препятствовал ли он 5 февраля 2019 года свидетелю Русиной в связи с ее просьбой о вызове адвоката, следователь данный факт отрицает. Сама же Русина ранее публично заявляла об отсутствии у нее такой возможности. Также следователь не помнит, изымался ли телефон у Русиной во время допроса. 

Напомним показания в Подольском суде свидетеля Русиной 16 октября 2020 о давлении на нее со стороны следственных органов: «...родителям угрожали, а также угрожали ей – подбросить наркотики, причинить имущественный вред - пробить стены, вскрыть полы. В том числе, сотрудник УФСБ по Москве и Московской области Егор Носов... Когда ехала с Носовым в машине, он попросил, не хочет ли она чаю. «Принеся напиток, мужчина сказал: «Вам не кажется странным вкус? Я добавил туда сыворотку правды». Потом сотрудник выхватил пистолет, кинул ей на колени. Девушка отдернула руки, на что силовик сказал, что ее следы все равно остались на оружии. При этом смеялся... Носов звонил кому-то и отдавал приказ готовиться к аресту Русиной. На допрос не пустили адвоката, сообщив ему, что подзащитная не хочет пользоваться ее услугами.

Свидетельница пожелала взять 51-ю статью Конституции, но ей не позволили. Следователь Пряхин и сотрудник ФСБ Носов сказал, что, если она возьмет статью, она подлежит немедленному аресту... Я поняла, что я абсолютно беззащитна, что адвоката рядом нет, и со мной может произойти все, что угодно...», - конец цитаты.

***

Судья Юферова спрашивает у следователя про свидетеля Сугоняко.

Следователь Пряхин не помнит. 

Судья Юферова предлагает сделать перерыв, чтобы связаться со следующим следователем, вызванным сегодня на допрос.

***

Следующий свидетель в зале суда - Разиньков Петр Дмитриевич, следователь, капитан юстиции.

Сухова: Когда вы были включены в следственную группу? 

Разиньков: Года три назад. 

Сухова: Какие следственные действия выполняли? 

Разиньков: Допрашивал свидетелей, обвиняемого, выемки производил...

Сухова: Кого из свидетелей допрашивали?

Разиньков: Очень большое количество. Точно сказать не могу, потому что были по другим делам еще.

Сухова: Осмотры каких предметов производили? 

Разиньков: Копии правоустанавливающих документов, очень большое количество, финансовую документацию.

Сухова: На обыск куда выезжали? 

Разиньков: Точно не скажу.

Сухова: При проведении следственных действий процессуальные нарушения допускались? 

Разиньков: Нет, всегда мной объяснялись права, никаких нарушений с моей стороны не было.

Сухова: Время в протоколах указывалось фактическое? 

Разиньков: Да, фактическое, человек закончил, это время я вношу.

Сухова: Жалобы в ваш адрес направлялись в СК? 

Разиньков: Возможно, Рощин. Кажется, да, с его стороны.

Сухова: По данной жалобе проверка проводилась? 

Разиньков: Да. 

Сухова: В связи с чем? 

Разиньков: Что оказывалось давление. 

Сухова: Оно оказывалось? 

Разиньков: Нет 

Сухова: В протоколе все с его слов? 

Разиньков: Да, все было записано, если он что-то хотел поправить, поправлял.

Напомним, в судебном заседании 12 октября 2020 года в Подольском суде свидетель Рощин заявил: «Допрашивали три раза. Психологическое давление оказывалось всегда. Заключалось в том, что допрос длился очень долго, одни и те же вопросы. Попытка вставить в протокол фразы, которые я не говорил, что отмечено в замечаниях к протоколу... Через 2 или 3 месяца после того, как я увидел окончательный протокол допроса, который не должен был разглашаться, но почему-то вышел в свободный доступ. Я увидел, что в мои ответы вставлены домыслы следователя. Это мы говорим о первом и втором допросе. Разиньков допрашивал. Из-за моих замечаний по протоколу мне сделали второй обыск, в ходе которого мне подкинули патроны... Постучали в дверь в 6:30 утра под предлогом передачи повестки. Когда открыл дверь, показали постановление на обыск. Вошли четыре человека. Пришли в 6 утра. До 7 стучали в дверь. Стоят там крепкие молодые люди. Залетает капитан Писарев. И перед тем, как проводить обыск, сказал - будете еще писать замечания и жалобы, буду приходить к вам каждую неделю. Двери можете не ставить. Перевернули всю квартиру. «Нашли» 4 пачки патронов. Я считаю, что подкинули. Откуда они взялись? В пото-жировой экспертизе на патроны отказали, их просто отстреляли.Первый допрос длился с 12 дня до 12 ночи, два раза по 15 минут перерыв. Третий допрос закончился в 00:30, а начался в районе 12 - в 13. Перерыв пару раз по 15 минут и дважды следователь выходил. Я написал замечания и отказываюсь от тех показаний», - конец цитаты.

***

Третьяков: Дыева допрашивали? 

Разиньков: Да. 

Третьяков: Он говорил, что не может давать показания в силу перенесенного стресса? 

Разиньков: Нет, насколько я помню, нет. Он, кстати, закончил юр вуз, свои права знал.

Третяков: Вы знакомили его с результатами допроса? 

Разиньков: После того, как протокол завершен, он обязательно знакомился с протоколом.

Третьяков: А Рощин жаловался на свое состояние? 

Разиньков: Нет, вполне адекватное, нормальное состояние было.

Сухова: Кто-то из них с адвокатом приходил? 

Разиньков: Я много раз допрашивал Дыева, возможно, он.

Белов: Как Рощин был вызван на допрос? 

Разиньков: Я сейчас и не вспомню...

Белов: А Дыев? 

Разиньков: У меня были дополнительные допросы. Я мог позвонить или кто-то из следователей.

Белов: Какие-то следственные действия с Рощиным вы проводили? 

Разиньков: Я нет. 

Белов: А другие? 

Разиньков: Возможно, был обыск. Я не помню, конечно.

Белов: Протоколы осмотра без понятых - фото-таблица составляется? 

Разиньков: Да, обязательно. 

Белов: Что в ней фиксируется? 

Разиньков: Ход следствия. 

Белов: Что вы подразумеваете под этим? 

Разиньков: Как производились следственные действия. Вот передо мной лежит документация, я распаковываю, выкладываю... 

Белов: Процесс распаковки фотографируется? 

Разиньков: А разве это реально сфотографировать? 

Белов: Вы говорите, что ход фиксируете. видеозапись велась? 

Разиньков: Видео - нет. 

Белов: Документами после осмотра как распоряжались? 

Разиньков: Некоторые я запаковывал, ставил свою подпись, некоторые прилагались к протоколу осмотра.

Белов: Это уже не входило в фото-таблицу? 

Разиньков: В смысле? 

Белов: Документы, которые приобщаются, входят в таблицу? 

Разиньков: Я фотографировал все тома.

Белов: Вы на вопросы, кого допрашивали, не смогли ответить. А потом сами стали о Рощине говорить. Как вы это объясните? 

Юферова и Сухова, наперебой объясняют, что вспомнил в связи с вопросом о жалобах.

Сметанина: Насчет фототаблицы. Шаги фотофиксации отражены в ней? 

Прокурор Третьяков считает вопрос повторным. Просит адвоката перефразировать.

Сметанина: Допрос Рощина вы проводили первый? 

Разиньков: Самый первый я. 

Сметанина: Документы были приобщены? 

Разиньков: Обычно при первой встрече копию паспорта приобщают.

Сметанина: А правоустанавливающие документы из налоговой предоставлялись для ознакомления свидетелем? 

Разиньков: Я сейчас уже не помню.

Адвокаты просят представить на обозрение свидетеля протокол допроса Рощина.

В протоколе перечисляется огромное количество участков с кадастровыми номерами, но само постановление, из которого они взяты, не приложено.

По еще одному допросу возник вопрос у адвокатов: «Почему время окончания допроса вписано ручкой»?

Разиньков: После того, как я распечатал протокол, я время окончания написал ручкой. 

Сметанина: Сразу? 

Разиньков: Да.

Белов: Вы Тихомирову допрашивали? 

Разиньков: Да. 

Белов: В каком формате допрос проводился? 

Разиньков: Я проводил допрос несколько раз. 

Белов: А какие-то еще следственные действия с Тихомировой проводились? 

Разиньков: Был изъят телефон на первом допросе. 

Белов: Что с ним происходило? 

Разиньков: Он был осмотрен и приобщен.

Белов: Тихомирова просила телефон, чтобы связаться с родственниками? 

Разиньков: Да, просила и по стационарному ей разрешили связаться.

Белов: Тихомирова просила телефон, чтобы связаться с родственниками? 

Разиньков: Да, просила и по стационарному ей разрешили связаться.

Белов: Было, что Тихомирова жаловалась на несоответствие протокола тому, что она говорила? 

Разиньков: Нет, иначе это было бы отражено в протоколе.

Белов: А у вас не бывает так, что есть несоответствие, но оно не отражено? 

Разиньков: Нет. 

Сухова: Тихомирова, Рощин жалобы на здоровье высказывали? 

Разиньков: Нет, не было никаких жалоб.

Изучают протокол допроса Тихомировой. По мнению следователя, все в полном соответствии: время, показания.

Юферова: Были ли заявлены свидетелем замечания? 

Разиньков: Нет, не были, свидетель при мне ознакамливался, перечитывал. 

Юферова: Она просила что-то изменить? 

Разиньков: Свидетель мог после распечатывания внести правки, и я второй раз бы распечатал. Юферова: Было такое с Тихомировой? 

Разиньков: Я не помню.

Юферова: Давление какое-либо оказывалось? 

Разиньков: Нет.

***

Но 9 июля, во время допроса в суде Подольска свидетель Тихомирова прямо заявила о давлении на нее, тогда она сообщила: «У меня был привод. Я просто не брала трубки с незнакомых номеров, опасаясь мошенничества. Меня возле моего дома забрали двое ребят... В Москве допрос происходил. С трех часов дня до трех ночи. Мое впечатление от допроса: говоришь одно, а человек хочет слышать другое и пишет другое, не так, как ты говоришь», - конец цитаты.

Ранее на суде Тихомирова заявляла, что часть показаний ей не принадлежит, однако следователь на допросе заявил ей: «Подписывай». Так как было уже три часа ночи, Тихомирова, по ее словам, была вынуждена подписать. 

***

На допросе  в суде свидетеля  Дыев, заявил , что давал показания, находясь под эмоциональным прессингом. В частности, на суде прозвучало, что следователи произносили фразу «арест отца» во время допроса Дыева, допрос длился 17 часов (!), «...некий сотрудник ФСБ в машине по дороге достал нож и отрезал себе рукав. Затем накинул куртку и сказал что если он не будет отвечать, то тот снимет куртку и за нападение на сотрудника посадит», - конец цитаты.

Шестун: А можно перекрестный допрос. Свидетель Русина утверждает обратное, например.

Прокурор Сухова против, ссылаясь на то, что в уголовном процессе у них не предусмотрен перекрестный допрос.

Белов: Когда свидетель допрашивается, беседу ведет один следователь? 

Разиньков: Один.

Белов: Есть практика прерывать допрос и проводить беседу вне допроса? 

Сухова: Прошу снять вопрос, нас не интересует, какая практика.

Белов: Время прихода свидетеля в здание СК фиксируется? 

Разиньков: Это не ко мне вопрос.

Сметанина: Свидетель может перемещаться по зданию без следователя? 

Разиньков: Под контролем следователя он может перемещаться. Например, в туалет может сам, недалеко. Или покурить.

Сметанина: При выходе вы всегда провожаете свидетеля? 

Разиньков: Да, всегда.

Шестун: Вы Тихомирову во сколько проводили? 

Разиньков: Я сейчас не помню, в соответствии с протоколом.

Белов: Почему ознакомление с материалами уголовного дела Шестуна проходило в палате интенсивной терапии? 

Разиньков: Я сейчас уже не скажу.

Белов: Чья это инициатива была? 

Разиньков: Именно того, кто составлял протокол. Я не помню, кто.

У защиты ходатайство об ознакомлении.

Шестун: Вы надевали халат, бахилы, когда осуществляли сл действия в палате? 

Юферова снимает вопрос, это вопрос к медикам.

Сметанина: В коридоре СИЗО проводились какие-то следственные действия?

Разиньков: В коридоре? Я не помню!

У адвоката Сметаниной ходатайство: «В перекрестном допросе Русиной и следователя отказано, но противоречия существенные. Их необходимо разрешить, поэтому ходатайствую о вызове и допросе Пряхина и Русиной в виде шахматного допроса», - заявила адвокат.

Защита поддерживает. Прокурор Третьяков просит уточнить, что именно интересует, ведь Русина очень подробно рассказала об обстоятельствах допроса, теперь суд должен дать оценку. 

Третьяков: Будем допрашивать Русину, она опять скажет, вот так все было, и что нам это даст?

Сметанина: Сегодня следователь пояснил, что Русина не обращалась с просьбой о вызове адвоката, она говорила обратное. Об этом ее нужно опросить более подробно.

***

Объявляется перерыв на 15 минут и переход в другой зал на 3 этаж.

***

Адвокат Cметанина продолжает обосновывать необходимость допроса Влады Русиной. 

Шестун: Прошу уточнить ходатайство и пригласить еще следователя Видюкова.

Юферова: Какие основания? 

Шестун: Староверов, Агеева говорили о непротокольных беседах, «переходах на светлую сторону».

По вызову Романа Видюкова и по перекрестному допросу Русиной и Пряхина — судья отказывает.

Все ходатайства о допросах повторных свидетелей, которые заявляли о давлении, неточностях во времени окончания и начала допросов, неточности информации в допросах, нарушении их прав и т.п. - отказ.

***

Следующий участник процесса — следователь по особо важным дела Лысов Сергей Александрович.

Сухова: Когда вы были включены в следственную группу по делу Шестуна? 

Лысов: Точную дату не помню.

Сухова: Какие следственные действия производили? 

Лысов: Я допрашивал жителей Серпуховского района, которые имели отношение к уголовному делу, проводил осмотры места происшествия.

Сметанина: Свидетеля Сугоняко помните? 

Лысов: Такую фамилию помню.

Сметанина: Когда это было? Или несколько раз? 

Лысов: Не могу вспомнить, сколько раз, но фамилию помню.

Белов: А Селезнева Романа помните? 

Лысов: Фамилия на слуху. 

Белов: Замечания, жалобы поступали? 

Лысов: В ходе допросов, которые я проводил, никаких жалоб не поступало.

Юферова: Свидетеля Дыева допрашивали? 

Лысов: Да, я почему помню, потому что несколько допросов было 

Юферова: А его родственников? 

Лысов: Да, кажется. 

Юферова: При допросе Дыева сообщали, что его родственники тоже допрашивались? 

Лысов: Я говорил, я не помню.

Допрос следователя идет посредством видеоконференцсвязи, качество звук не очень хорошее. Но свидетель почти ничего не помнит. 

До 14.00 объявлен перерыв.

***

После обеденного перерыва в зал приглашается следователь Сергей Валерьевич Писарев. В самом начале допроса он сообщает, что является майором юстиции, после чего на вопросы суда и прокуроров бодро отвечает в армейской манере: «так точно», «никак нет».

Как и предыдущие свидетели, Сергей Писарев утверждает, что давления на свидетелей не оказывалось, процессуальных нарушений при допросах не было. Однако на более подробные вопросы адвокатов отвечает, что не помнит многих деталей, ссылаясь, что все описано в протоколах.

Сухова: С какого года были включены в следственную группу?

Писарев: С 13 июня 2018 года.

Сухова: Какие следственные действия выполнялись?

Писарев: Задержание, предъявление обвинений.

Сухова: Вы свидетелей допрашивали?

Писарев: Да, Базанову, Кирика, Селезнева, Пантина и других, их много.

Сухова: При проведении допросов процессуальные нарушения допускались?

Писарев: Никак нет.

Сухова: Права разъяснялись?

Писарев: Да, как и обязанности.

Сухова: При проведении обысков понятые присутствовали?

Писарев: Обязательно.

Сухова: Сам процесс фиксировался?

Писарев: Да.

Сухова: Замечания поступали?

Писарев: Если и поступали, заносились в протокол.

По словам Писарева, следствие проходило настолько гладко, что у прокуроров закончились вопросы. В дело вступают адвокаты.

Белов: Расскажите подробней про обыск 13 июня 2018 года в жилище Александра Шестуна. Какие основания были, каков состав сотрудников?

Писарев: Основанием было постановление о возбуждении уголовного дела, постановление об обыске.

Белов: Кто присутствовал?

Писарев: Они все указаны в протоколе.

Белов: Иных лиц не было, которые не указаны в протоколе?

Писарев: Все указано.

Белов: Силовые подразделения участвовали?

Писарев: Участвовали... Вы что имеете в виду?

Белов: Специальные сотрудники, так называемые «тяжелые».

Писарев: Участвовало оперативное сопровождение, которое обеспечивало безопасность следственных действий.

Белов: А усиление было к оперативному сопровождению?

Писарев: Я не могу понять вопрос. Что такое усиление?

Белов: Сотрудники отрядов особого назначения либо иных подразделений, выполняющих специальные функции по охране?

Писарев: (после паузы) Участвовали…

Белов: Вы вписали их в протокол?

Писарев: Всех, кто участвовал, я вписал.

Белов: Понятые откуда были?

Шестун: Это были жители Серпуховского района?

Писарев: Не помню.

Белов: Вам известно, они должности в МВД занимали?

Юферова: Свидетель уже сказал, что не помнит.

Шестун: Курсанты были?

Юферова: Он сказал же, не помнит.

Белов: Второй обыск 9 января 2019 года в связи с чем проводился?

Писарев: Планировали найти документы, необходимые для расследования уголовного дела.

Белов: Мы говорим о втором обыске. Вас интересовали документы, возникшие после 13 июня?

Писарев: Я ответил на вопрос.

Белов: Что изымалось в январе?

Писарев: Тренажеры, документы.

Белов: Они были 13 июня в жилище?

Писарев: Там все написано в протоколе.

Белов: Тренажеры были в жилище 13 июня?

Писарев: Что?

Шестун: Были там спортивные тренажеры 13 июня?

Писарев: Я не помню.

Белов: Сколько раз допрашивали Селезнева?

Писарев: Не помню, много. (Писарев говорит так тихо и невнятно, что адвокату приходится переспрашивать).

Белов: Много?

Писарев: (нечленораздельно).

Белов: Что значит много?

Юферова: Более одного.

Белов: Чем вызвана необходимость допрашивать свидетеля более чем один раз?

Юферова снимает вопрос.

Белов: Повторные вопросы задавали?

Писарев: Повторные?

Следователь все чаще начинает «не понимать», давая себе время или надеясь на помощь судьи.

Писарев: Я задавал такие вопросы, которые интересовали следствие.

Сметанина: Обыски в жилище Селезнева проводили?

Писарев: Проводил.

Сметанина: Жалобы со стороны Селезнева поступали?

Писарев: Поступали.

Сметанина: Проверки проводились?

Писарев: Обязательно.

Чем больше вопросов задают адвокаты, тем тише и неуверенней отвечает Писарев. Все чаще звучит фраза: «Не помню».

Сметанина: У Рощина обыск проводили?

Писарев: Да.

Сметанина: Сколько раз?

Писарев: Мной?

Сметанина: Да, вами.

Писарев: Один раз.

Сметанина: Понятые привлекались?

Писарев: Обязательно.

Сметанина: От Рощина жалобы были?

Писарев: (невнятно) В какой период?

Сметанина: На следственные действия в рамках данного уголовногро дела?

Писарев: (все тише) Да...

Сметанина: Свидетель Рощин что указывал в своей жалобы?

Молчание.

Сметанина: На какие конкретно нарушения указывал Рощин?

Писарев. Не могу вам сказать.

Сметанина: Родителей Селезнева вы допрашивали?

Писарев: (пауза, неуверенно) Нет.

Сметанина: Дочь?

Писарев: А, Селезнева?

Сметанина: Да, Селезнева.

Писарев: Селезнева… допрашивал.

Сметанина: Дочь или родителей?

Писарев: Мать и дочь. А, и отчима…

Юферова: Отчима? (Судья вынуждена переспрашивать, настолько тихим стал следователь).

Сметанина: Возраст их помните?

Писарев: Нет.

Сметанина: Где допрашивались?

Писарев: В Следственном комитете.

Сметанина: Каким образом свидетель Рощин доставлялся на допрос?

Писарев: На какой?

Сметанина: Который вы проводили.

Писарев: (мхатовская пауза затягивается до неприличия) Повесткой… Не помню.

Шестун: Какая у вас была реакция на заявление свидетеля о том, что ему подбросили патроны?

Юферова: Это не относится к уголовному делу. При чем тут патроны Рощина?

Действительно: при чем?

Шестун: При том, что они требовали в обмен на показания против меня не давать ход этому.

Юферова перебивает Шестуна, прекращая невыгодную обвинению тему.

Юферова: Приговор Рощину вступил в законную силу, все этот разговор закрыт!

Шестун: Вы ставили условия Рощину, что взамен на показания на Шестуна он получит более лояльное отношение по другому уголовному делу?

Писарев: Что?

Шестун: Вы предлагали более мягкие условия ведения уголовного дела в обмен на показания против Шестуна?

Прокурор Сухова кричит во весь голос, требуя снять вопрос.

Сухова: Рощин давал показания свидетелю после того, как он поменял показания. Те показания он давал другим следователям!

Судья Юферова снимает вопрос.

Шестун: Оказывали ли вы давление на Рощина?

Писарев: Нет.

Шестун: А на Селезнева?

Писарев: Нет, конечно.

Шестун: А с чем вы тогда связываете жалобы на вас, что на них обоих оказывалось давление?

Сам же Селезнев ранее в интервью СМИ заявлял (а потом в Подольском суде подтвердил): «Меня больше 30 раз вызывали на допрос. Уведомляли и по Вотсап, и по телефону, и вручали по 7 повесток сразу в СК, приводили приводами, забирали в 5 утра с Калиновской базы, не представившись, - подъезжала машина без номеров, четверо меня избивали, запихивали в машину. Есть жалоба, освидетельствование. А прокуратуре не удалось установить лиц, которые избили... Обыски проводились у меня, у моих родителей, у моей тети. Это май и август 2019. Также проводили проверки с изъятием документов на месте работы. Проверка ОБЭП осуществлялась по анонимному звонку, якобы совершаются преступления экономического характера на «Калиновской базе». Я это расцениваю как давление на меня. Допросы вел следователь Писарев, и с первых минут оказывал очень сильное давление. Сначала была часть обязательная, а дальше просто было сказано: если вы не хотите сесть рядом с Шестуном, поскольку вы его пособник, нам нужны конкретные сведения. И это на каждом допросе. Что меня в какую-то статью включат...», - конец цитаты.

Судья Юферова снимает вопрос задним числом, напоминая о проверке, проведенной в отношении Писарева.

Шестун: Проводились ли проверки моих жалоб относительно вас?

Писарев: Отказано было после проверки.

Шестун: Сколько проверок было?

Писарев: Очень много было. Я не знаю, не помню.

Шестун: Помимо Рощина, Селезнева, подавались ли от других свидетелей жалобы на вас?

Писарев: Не помню.

Белов: У свидетеля Староверова вы обыск проводили?

Писарев: Да.

Белов: Можете вспомнить порядок?

Писарев: Он в протоколе.

Белов: Физическая сила к Староверову и его супруге применялась?

Писарев: Нет, все, что в протоколе написано.

Шестун: А какая необходимость была без трусов его держать на полу какое-то время?

Юферова: Свидетель, на меня посмотрите! Не отвечайте!

Сметанина: Заявлялся ли вам адвокатами Шестуна отвод?

Писарев: Заявлялся.

Сметанина: Кто отвод рассматривал?

Писарев: Руководитель.

Шестун: А кто руководитель? Алышев, Видюков?

Писарев: Не помню. А их много же заявляли.

Сметанина: Письменно был дан ответ?

Писарев: Не знаю.

Здесь придется освежить память господина следователя Писарева: отвод ему, заявленный в конце ноября 2019 года защитниками Шестуна, он разрешил самостоятельно. Причем дело обстояло так: отвод был заявлен в следственном изоляторе в ходе следственного действия. Там же в СИЗО, Писарев поспешно сам написал ответ, чтобы тут же продолжить следственные действия. Подобное поведение очень в духе следователя, который привык действовать без промедления и «лишних» согласований, не теряя ни минуты. Данный ответ имеется в письменном виде по словам адвокатов. Почему вдруг Писарев постеснялся об этом рассказать, неясно. Ведь бойкостью этот следователь отличается ото всех остальных.

Адвокат Белов ходатайствует о предъявлении свидетелю материалов дела, а именно протокола обыска в жилище Шестуна от 13 июня. Речь о количестве участников обыска.

Белов: Все лица, которые с вами пришли в дом Шестуна, записаны в протокол? Судья просит поставить вопрос точней: есть конкретные участники следственных действий, а есть сопровождение.

Белов: Кроме лиц, указанных в протоколе, в доме Шестуна еще кто-то находился?

Писарев: Ну… супруга.

Белов: За исключением членов семьи Шестуна. Про них я не спрашиваю.

Писарев сохраняет молчание.

Шестун: Оперативное сопровождение - это что за подразделение?

Писарев: ууу… Ф…

Белов: Все сотрудники оперативного сопровождения записаны в протоколе?

Писарев: (что-то говорит еле слышно)

Шестун: Указан ли в протоколе факт применения силы ко мне? И к моей дочери, есть фото, как сотрудник в маске в нее пистолет направляет?

Писарев: Для обеспечения безопасности следственных действий были надеты наручники. Когда вы пытались порвать постановление, мной было принято решение...

Шестун: Где, в каком месте были надеты наручники?

Писарев: В доме.

Шестун: В доме - где? Где меня задержали? В какой комнате?

Писарев: У вас  большой дом.

Шестун: Где мне надели наручники, вас вообще не было. И постановления не было.

Юферова: Вы сейчас пытаетесь оспорить показания. Показания оцениваются судом, могу вам еще раз повторить.

Шестун: Каким образом я пытался порвать постановление?

Писарев молчит, судья отвечает за него.

Шестун: Перед вашим носом?

Юферова: В вашем присутствии он пытался порвать постановление?

Писарев: Да.

Шестун: При каких обстоятельствах это произошло?

Писарев: Не помню.

Шестун: Вы принимали участие в следственных действиях в палате интенсивной терапии в больнице МСЧ-77 ФСИН?

Писарев: Я не понимаю, о чем вопрос.

Шестун: Вы принимали участие в следственных действиях в палате интенсивной терапии в больнице МСЧ-77 ФСИН?

Писарев: Да.

Шестун: На основании какого документа вы вошли в палату?

Писарев: Не пойму.

Шестун: На основании какого документа вы вошли в палату интенсивной терапии?

Писарев: А какой нужен документ?

Юферова: Вот вы и ответьте, больница находится на территории СИЗО, вот и скажите, как вы вошли в СИЗО.

Шестун: Не в СИЗО, а в реанимационное отделение.

Судья снимает вопрос: в такой формулировке он не относится к делу. Шестун задает вопрос о наручниках, которые были на него надеты в процессе обыска. Юферова его снимает.

Юферова: Не понимаю тоже вопрос, как он прошел из одного здания в другое?

Все дружно делают вид, что не понимают, что следственные действия в реанимации не проводятся и доступ посторонним лицам, включая следователей, туда запрещен.

Белов: По чьей инициативе изменилось место проведения следственных действий?

Писарев: Следователь решает, где и когда проводить следственные действия.

Белов: Надо ли понимать, что вы приняли такое решение?

Писарев: Я не знаю.

Прокурор Сухова протестует. По ее мнению вопрос необходимо снять.

Юферова просит уточнить, о каком конкретно следственном действии идет речь.

Шестун: Ознакомление с вещественными доказательствами по 217 статье.

Писарев: В протоколе там указано место и время.

Юферова: Где оно проводилось? Вы его проводили или нет?

Писарев - гробовое молчание.

Юферова вынуждена повторить вопрос.

Писарев: Не скажу. Надо смотреть протокол.

Белов: Протокол ознакомления с уголовным делом Шестун подписывал?

Писарев: Надо смотреть протокол.

Юферова: Вы вообще знакомили Александра Вячеславовича с материалами дела?

Писарев: Знакомили следователи группы.

Юферова: Вы знакомили или нет?

Писарев: С какими-то томами.

Сметанина: 29 ноября 2019 года вы привозили все тома в СИЗО?

Писарев: Не помню.

Сметанина: Это был последний день для ознакомления с материалами.

Писарев: Не помню.

Белов: Спотыкаемся о память опять.

Вопросы у суда и защиты также закончились. Свидетеля отпускают.

Неискренность и избирательная потеря памяти бросается в глаза, однако суд сложно заподозрить в желании докопаться до истины.

***

Адвокат Сметанина заявляет повторное ходатайство о назначении психолого-психиатрической экспертизы, так как в ходе допроса врача Каверина открылись новые обстоятельства. 

Прокуроры против. 

Суд после 15-минутного совещания отказывает в удовлетворении ходатайства.

***

Защита заявляет новое ходатайство — о предоставлении возможности ознакомиться с протоколами судебного заседания. Канцелярия не работает, поэтому адвокаты обратились к судье. Еще одно ходатайство — о назначении судебной экспертизы заявления Гришиной. У защиты возникли сомнения в том, что весь документ написан одним почерком.

Прокуроры также заявляют о ходатайстве — о продлении меры пресечения Шестуну в виде заключения под стражу еще на три месяца. 

Сухова: Судебное следствие продолжается, есть все основания для продления меры пресечения еще на три месяца. Полагаем, что Шестун может скрыться от суда и  заниматься преступной деятельностью. Предлагаем продлить арест до марта 2021 года.

Белов: Я возражаю против заявленного ходатайства. Полагаю, что сегодня мы находимся в таком этапе судебного расследования, при котором и суд, и стороны могут оценить опасность для общества Шестуна и его психологический настрой. Мера пресечения в виде подписки о невыезде или домашнего ареста будет уместна. Судоустройство никак не пострадает, если Шестун будет приезжать в суд из дома, в котором он проживал. Неоднократно в судебном заседании давались характеристики Шестуну, стороны его жизни запечатлены в правительственных, государственных наградах. Такой высокий статус Шестуна позволяет быть уверенным в том, что все ограничения, которые будут наложены судом, он выполнит неукоснительно. Кроме того, считаю, что ходатайство заявлено преждевременно. До истечения срока чуть менее двух месяцев. Заявляя ходатайство, гособвинение предвосхищает события. Кроме того, может произойти событие, которое исключит необходимость меры пресечения. Считаю правильным отказать в удовлетворении ходатайства.

Сметанина: Прошу отказать в удовлетворении. Ходатайство заявлено преждевременно. В ходе допроса свидетелей и специалиста было установлено, что подсудимый страдает множеством хронических и острых заболеваний. С учетом второй волны коронавируса, которая с каждым днем набирает обороты по количеству зараженных, и учитывая условия следственного изолятора, риск заражения очень высок. Шестун переболел буллезом легких, а это заболевание относится к разряду неизлечимых. Такие люди находятся в зоне особого риска, как и лица, страдающие сахарным диабетом. В случае заражения коронавирусом последствия для моего подзащитного могут быть непредсказуемыми. Следует обратить внимание на статью 2 Европейской конвенции о правах человека, в которой говорится, что право на жизнь охраняется законом. Прошу суд изменить меру пресечения на домашний арест, потому что данная мера пресечения исключит общение подзащитного с иными лицами и снизит риск заражения. Также хочу обратить внимание на те положительные характеристики, которые давали Шестуну не только свидетели защиты, но и свидетели обвинения.

Адвокат Трофимов: Мера пресечения не должна продлеваться автоматически, каждый раз обвинение должно предоставлять доказательства того, что подсудимый может скрыться и так далее. Никаких доказательств обвинение не представило. Я считаю, что сторона гособвинения не доказала, что Шестун может скрыться, повлиять на свидетелей, тем более, что большая часть уже допрошена, что может как-то повлиять на ход разбирательства.

Шестун: В 2009 году у меня была подобная статья, два года дело расследовалось, все это время мерой ограничения было свидетельство о явке. За все это время я не пропустил ни одного следственного действия. И дело было закрыто за отсутствием события преступления. Это моя страна и я принял решение доказывать свою невиновность. Также хочу указать на то, что мэр Москвы продлил карантинные ограничения, как и губернатор. Риск заражения коронавирусом, безусловно, гораздо выше в местах лишения свободы.

Шестун также отмечает, что его единственного в СИЗО охраняют бойцы спецназа, на что тратятся немалые бюджетные средства.

После 50-минутного совещания судья оглашает постановление: ходатайство Генпрокуратуры удовлетворить, продлить заключение под стражу до 23 марта 2021 года.

***

Адвокат Белов просит провести почерковедческую экспертизу заявления Гришиной о даче взятки Шестуну. У защиты есть подозрение, что документ написан разными людьми. Проведение почерковедческой и технико-криминалистической судебной экспертизы адвокаты просят поручить АНО ЭКЦ «Судебная экспертиза». 

Прокуроры против. Они заявляют, что защита не предоставила образцы почерка Гришиной. 

Прокуроры против.

Адвокат Сметанина просит проверить, Гришиной ли написано заявление, а также когда в дело были занесены реквизиты документа. 

Судья Юферова в ходатайстве отказывает. 

Суд возвращается к ходатайствам Сметаниной о недопустимости доказательств, заявленным на заседании во вторник. Речь идет о допросе свидетеля Тихомировой, а также об исключении ряда доказательств.

Сметанина: По первому ходатайству (о признании недопустимым доказательства и исключении допроса Тихомировой из материалов дела).  Сегодня следователь ничего не вспомнил об этом допросе. Поэтому прошу исключить его.

Юферова: Второе ходатайство — об исключении еще ряда доказательств.

Сметанина: Да, напомню, это протоколы допроса Рощина, который отказался от них в суде. Кроме того, допрос один длился более 8 часов — 12 часов. Протокол допроса Сугоняко: свидетель пояснил в суде, что сведения об ИТВ-сервис ему сообщил следователь и внес это в протокол допроса. Плюс следователь не предложил свидетелю внести замечания в протокол. Относительно протокола допроса Рабочих, в суде свидетель пояснил, что выводы относительно аффилированности и принадлежности — предположения, источник осведомленности он назвать не смог. А слово «аффилированность» он вообще не использует в своем лексиконе. По протоколу допроса Дунина: он сказал в суде, что его информированность — это круг общения. Источник осведомленности не сообщил, поэтому сведения, им сообщенные, нельзя признать достоверными. Относительно протокола допроса Дыева: свидетель в суде пояснил, что перед допросом был ночной обыск, он был в шоке, даже не помнит, показывали ли ему постановление об обыске. Во время допроса следователь по 5-6 раз повторял одни и те же вопросы, кроме того на допросы вызывались все члены семьи. Помимо этого, в одном из протоколов допроса Дыева он сказал, что имеются пояснения, которые исключены из протокола. Прошу признать эти доказательства недопустимыми как полученные с нарушением УПК, исключить их из дела.

Адвокат Белов ходатайство поддерживает. Сомнения в допустимости полученных показаний не исчезли после допроса следователей, которые ничего не помнят. Поэтому надо отреагировать на показания свидетелей и дать оценку полученным непроцессуально протоколам допросов.

Прокуроры не согласны. Просят отказать в удовлетворении ходатайства.

***

Суд удаляется в совещательную комнату& Объявляется перерыв до 13 ноября 10.30

 

Новости

Мнения

Записки Шестуна