Наверх

«Заключенные могут надеяться только на свой иммунитет»

Правозащитник, инициатор движения «Матери политзаключенных против репрессий» Александра Крыленкова — о сложившейся в России ситуации.

- Что в вашей общественной деятельности изменилось с момента введения пандемии коронавируса?

- Это серьезное испытание для матерей политических заключенных, большой удар, так как существует угроза для их детей, которые находятся в тюрьмах, - рассказывает Крыленкова. - Здесь и отмена свиданий, и сложности с передачами в некоторых городах — в московских СИЗО, к примеру передач вообще нет. Если говорить о нашей совместной деятельности, то ситуация на нее также сильно влияет, потому что сегодня все разговоры, которые не касаются коронавируса, все остальные дела отошли на второй план, в том числе, защита политзаключенных. У всех не хватает на это сил, времени и внимания. Если раньше наша основная работа заключалась в том, чтобы привлекать внимание к разным проблемам, а теперь сквозь пандемию привлечь внимание к чему бы то ни было очень трудно.

- И, как понимаю, на первый план выходят другие проекты, например, "Ковидарность", в рамках которого вы помогаете соседям...

- «Матери против политических репрессий» всегда были не единственным моим делом, я в принципе занимаюсь поддержкой гражданского общества и развитием разных инициатив, связанных с взаимопомощью. И и соседям я помогаю параллельно.

- ОНК на днях выпустил обращение, в которым просят изменить меру пресечения для тех, кто арестован не по насильственным статьям. Насколько это реально в нынешних условиях? Пойдет ли наше государство на такой шаг?

- Я не знаю, на что пойдет наше государство, все-таки это чрезвычайная ситуация. Во многих странах нечто подобное уже проведено, международные рекомендации, в том числе, ВОЗ заключаются в том, чтобы по-максимуму снять нагрузку на тюрьмы и уменьшить количество тюремного населения. Я очень надеюсь, что у нас это произойдет. Затаив дыхание, ждем, что получится.

- В то же время бывший глава Серпуховского района Александр Шестун сообщил, что в «Матросской тишине» ему отказано в тесте на коронавирус. И тут же появляется новость о вспышке пневмонии в этом СИЗО. Как относиться к этому?

- Понятно, что люди в местах несвободы находятся в наиболее уязвимом положении. Мы знаем, что смертность от коронавируса напрямую зависит от иммунитета, состояния здоровья и скученности населения. В тюрьмах, СИЗО, колониях люди живут вместе, со здоровьем у них во многих случаях не очень. Это ужасно страшно. Получить тест на коронавирус и на воле-то не очень просто, что говорить про тех, кто в заключении. Плюс СИЗО не обладают возможностями для реанимации, обычно всех под конвоем возят в больницы на воле. Однако если сейчас заболеет 10 процентов людей в СИЗО, как они организуют вывоз? Не понятно. У заключенных есть надежда только на свой иммунитет. Именно поэтому правозащитные и международные организации рекомендуют отпускать по-максимуму.

- Да, но того же Шестуна уже после введения карантина возили в суды. Это что-то говорит конкретно о его деле?

- Мне это говорит о том, что сейчас мы находимся в той точке, когда возникает очень много подвешенных, непонятных и не вписанных в законы ситуаций. Те же запреты на выход из дома понятны с гуманистической точки зрения, но они совершенно незаконны с точки зрения права, потому что не введено чрезвычайное положение. И мы видим абсолютно разные мнения и походы в разных регионах, разных структурах. Мне трудно оценивать эту ситуацию с Шестуном, потому что я не знаю, кто конкретно принимал это решение. Я не исключаю, что это не имеет отношения к каким-то приказам сверху. Оценка срочности дела оставлялась на усмотрение судьи, и по каким принципам судья выбирает что срочно, а что нет... Мы сейчас живем в такой момент, когда действия плохо вписаны в закон. Раньше, наоборот, все действия старались вписать в формальную матрицу законности, но теперь все поломалось и сейчас не понятно, что и каким законам подчиняется. Наверное, в истории Шестуна есть какие-то заинтересованные люди, но мне судить об этом сложно.Все законы и указы последнего времени носят рекомендательный характер — как бы перекладывание ответственности на других людей — водить ли детей в школы, на региональную власть — вводить ли им ограничительные меры, на судей, как в данном случае, - проводить ли им заседания.

Новости

Мнения

Записки Шестуна